Чемпион WBC Виталий Кличко рассказал изданию Welt Online об отношении к остановке боя с Томашем Адамеком, выразил уверенность в том, что настоящие супертяжеловесы — бойцы другого калибра, чем представители из других весовых категорий, назвал имена потенциальных соперников и рассказал, почему он все еще до сих пор выходит в ринг:
— Г-н Кличко, Вы выглядите будто после прыжка с парашютом, а не как после чемпионского боя.
— Верно, у меня даже после спаррингов больше синяков на лице. Но поверьте: это было не так легко, как кажется!
— В какой момент Вы переняли контроль?
— После первых ударов Адамека передней рукой. За долю секунды я увидел, что, нанося левый джеб, он подпадает под мой правый кросс. Тут я понял, что рано или поздно я его нокаутирую.
— Вы разочарованы тем, что из-за рефери не выиграли классическим нокаутом?
— Пожалуй, да, немного разочарован. Именно в супертяжелом весе нокаутирующий удар венчает бой. Но рефери действовал правильно, потому что, приняв столько ударов, Адамек рисковал здоровьем.
— Вам было жаль его?
— Нет: это бокс. Тот, кто выходит на ринг, знает, чем это чревато.
— Единственным острым моментом было Ваше падение в 8 раунде.
— Я наступил на ногу Адамека и поскользнулся, в этом нет ничего особенного.
— Вы впервые оказались на настиле ринга?
— Я Вас попрошу! Я просто неудачно поскользнулся. Я никогда не был на канвасе и этого не произойдет и впредь.
— Адамек на 6 лет младше Вас, он был чемпионом в полутяжелом и первом тяжелом весах, но Вы были все же подвижнее и показали более быструю реакцию. Как Вы объясните свое превосходство?
— Настоящие супертяжеловесы как я и мой брат — это бойцы совершенно другого калибра, чем усовершенствованный боксер первого тяжелого веса, который не только меньше весит, но и обладает существенно меньшими габаритами. И все же к Адамеку я готовился специально. В субботу я весил лишь 107 кг и тем самым был на 7 кг легче обычного. Я знал, что мои шансы улучшатся, если я буду легким как никогда.
— Обычно боксер с возрастом набирает вес.
— Я знаю, чего хочу и для этого жестко работаю. Благодаря перерывам, связанным с травмами, я понял, насколько важно следить за организмом. Сегодня я благодарен за то, что мне приходилось брать паузы, иначе я бы уже не боксировал.
— Как Вы оцените Вашу победу?
— Я показал, что я самый сильный в мире.
— Не считая Вашего брата.
— Хорошо, тут Вы правы.
— Владимир заявил, что будет защищать титулы WBA, WBO и IBF 3 или 10 декабря. А Вы еще будете боксировать в 2011 году?
— Может быть. Сейчас я однако займусь сначала своей политической деятельностью.
— Почему Вы вообще боксируете в Вашем возрасте? Денег Вы заработали достаточно, а как руководителю партии УДАР Вам хватает сложных задач.
— Я люблю жесткие тренировки — это самая лучшая компенсация политической деятельности. Долго я однако боксировать не буду.
— Что это значит?
— Каждый бой может стать последним — так я и готовлюсь.
— Кто был бы для Вас интересным соперником?
— Роберт Хелениус, Александр Поветкин. Знаете, я хочу осуществить свою мечту. Какую — не скажу.
— Может быть, нокаутировать Дэвида Хэя, что не удалось Владимиру?
— Я хотел бы отомстить Хэю за его неуважительное к нам отношение. Когда он будет без сознания лежать на полу, то сломанным мизинцем ноги уже не оправдается.
— Разве Вас не мотивирует возможность побить рекорд Джорджа Формана, который в 45 лет, 10 мес и 25 лет еще раз стал чемпионом мира в супертяжелом весе?
— Нет, ни в коем случае.
—Или войти в историю чемпионом с наибольшим количеством защит титула: рекорд принадлежит Джо Луису (25 защит)?
— И это маловероятно.
— Может быть, Вы хотите стать тем, кто обладал титулом чемпиона мира самый долгий срок?
— Кто это?
— Тоже Луис: он владел титулом 11 лет, 7 мес и 252 дня.
— Все это рекорды, которые может побить Владимир. Он еще молод.
— Г-н Кличко, Вы выглядите будто после прыжка с парашютом, а не как после чемпионского боя.
— Верно, у меня даже после спаррингов больше синяков на лице. Но поверьте: это было не так легко, как кажется!
— В какой момент Вы переняли контроль?
— После первых ударов Адамека передней рукой. За долю секунды я увидел, что, нанося левый джеб, он подпадает под мой правый кросс. Тут я понял, что рано или поздно я его нокаутирую.
— Вы разочарованы тем, что из-за рефери не выиграли классическим нокаутом?
— Пожалуй, да, немного разочарован. Именно в супертяжелом весе нокаутирующий удар венчает бой. Но рефери действовал правильно, потому что, приняв столько ударов, Адамек рисковал здоровьем.
— Вам было жаль его?
— Нет: это бокс. Тот, кто выходит на ринг, знает, чем это чревато.
— Единственным острым моментом было Ваше падение в 8 раунде.
— Я наступил на ногу Адамека и поскользнулся, в этом нет ничего особенного.
— Вы впервые оказались на настиле ринга?
— Я Вас попрошу! Я просто неудачно поскользнулся. Я никогда не был на канвасе и этого не произойдет и впредь.
— Адамек на 6 лет младше Вас, он был чемпионом в полутяжелом и первом тяжелом весах, но Вы были все же подвижнее и показали более быструю реакцию. Как Вы объясните свое превосходство?
— Настоящие супертяжеловесы как я и мой брат — это бойцы совершенно другого калибра, чем усовершенствованный боксер первого тяжелого веса, который не только меньше весит, но и обладает существенно меньшими габаритами. И все же к Адамеку я готовился специально. В субботу я весил лишь 107 кг и тем самым был на 7 кг легче обычного. Я знал, что мои шансы улучшатся, если я буду легким как никогда.
— Обычно боксер с возрастом набирает вес.
— Я знаю, чего хочу и для этого жестко работаю. Благодаря перерывам, связанным с травмами, я понял, насколько важно следить за организмом. Сегодня я благодарен за то, что мне приходилось брать паузы, иначе я бы уже не боксировал.
— Как Вы оцените Вашу победу?
— Я показал, что я самый сильный в мире.
— Не считая Вашего брата.
— Хорошо, тут Вы правы.
— Владимир заявил, что будет защищать титулы WBA, WBO и IBF 3 или 10 декабря. А Вы еще будете боксировать в 2011 году?
— Может быть. Сейчас я однако займусь сначала своей политической деятельностью.
— Почему Вы вообще боксируете в Вашем возрасте? Денег Вы заработали достаточно, а как руководителю партии УДАР Вам хватает сложных задач.
— Я люблю жесткие тренировки — это самая лучшая компенсация политической деятельности. Долго я однако боксировать не буду.
— Что это значит?
— Каждый бой может стать последним — так я и готовлюсь.
— Кто был бы для Вас интересным соперником?
— Роберт Хелениус, Александр Поветкин. Знаете, я хочу осуществить свою мечту. Какую — не скажу.
— Может быть, нокаутировать Дэвида Хэя, что не удалось Владимиру?
— Я хотел бы отомстить Хэю за его неуважительное к нам отношение. Когда он будет без сознания лежать на полу, то сломанным мизинцем ноги уже не оправдается.
— Разве Вас не мотивирует возможность побить рекорд Джорджа Формана, который в 45 лет, 10 мес и 25 лет еще раз стал чемпионом мира в супертяжелом весе?
— Нет, ни в коем случае.
—Или войти в историю чемпионом с наибольшим количеством защит титула: рекорд принадлежит Джо Луису (25 защит)?
— И это маловероятно.
— Может быть, Вы хотите стать тем, кто обладал титулом чемпиона мира самый долгий срок?
— Кто это?
— Тоже Луис: он владел титулом 11 лет, 7 мес и 252 дня.
— Все это рекорды, которые может побить Владимир. Он еще молод.
0 коммент.:
Отправить комментарий